Первые упоминания о “бездокументарном” векселе относятся к началу 1996 г., когда появилась информация о том, что в Сибири готовится проект выпуска “бездокументарных” векселей. Затем эти слухи материализовались в проект закона “О простом и переводном векселе” Международного института развития правовой экономики. Первым официальным документом, полностью посвященным “бездокументарному” векселю, явилось упомянутое постановление ФКЦБ, а окончательную точку поставила опять таки ФКЦБ, выдав первый государственный сертификат оператора бездокументарного вексельного обращения в августе 1996 г. Попытаемся проанализировать причины появления этого постановления.

Первый. Оставить все как есть. И тогда в стране, которая на 70 с лишним лет выпала из мирового вексельного обращения, лет через 20-30 (не раньше!) прекратят, наконец, выпуск “бронзовых” и необеспеченных векселей. А люди перестанут шарахаться, услышав слово “авалист”.

Второй. Выпуск векселей взять под жесткий государственный контроль, ограничить объем выпуска векселей и круг лиц, способных выпускать векселя. Для банков такие ограничения уже существуют за счет обязательного резервирования части средств, задействованных в выпуске векселей. Кстати, первой реакцией Банка России на постановление № 5 была телеграмма № 99-96 от 05.07.96 г. “О выпуске и обращении бездокументарных простых векселей)”, запрещающая банкам работать с “бездокументарными” векселями. Значит, с одной стороны, ЦБ РФ признает существование “бездокументарных” векселей, а с другой - пусть “первопроходцами” будут другие. Фирма, имеющая на руках реальный контракт на миллиарды рублей, для того чтобы под него выпустить вексель, должна проходить многочисленные “согласования”. Кому это выгодно? Отвечаем: бюрократу, который дает разрешение.

Третий. Выпускать векселя в документарной форме. Затем обязать сдавать эти векселя в депозитарий, который и будет фиксировать переход прав к новому владельцу. При этом вексель будет находиться в хранилище депозитария. Такая схема обеспечивает достаточно надежную защиту векселя от подделки, а также гарантирует правильность совершения передаточных надписей. Однако это прямое нарушение права собственности, так как “собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом” (ст. 209 Гражданского кодекса РФ). А работать эта схема будет до тех пор, пока очередной собственник векселя - векселедержатель - не решит воспользоваться своим правом.

Четвертый. В рамках вексельного законодательства разработать новую форму принятия обязательств по векселю, не отказываясь от традиционной. Такую попытку и предприняла ФКЦБ, выпустив постановление № 5. Что же получилось в результате?

Постановление датировано 21.03.96 г., однако в свет оно вышло лишь в июне. Авторы постановления предложили нетрадиционный подход к государственному регулированию рынка векселей, введя на рынок ценных бумаг нового профессионального участника - оператора системы обращения бездокументарных простых векселей, находящегося под жестким государственным контролем. На первый взгляд, в этом усматривается несоответствие закону “О рынке ценных бумаг”. В разд. 2 закона, посвященном профессиональным участникам рынка ценных бумаг, об операторах нет ни слова. Но, вчитавшись внимательнее, мы увидим, что деятельность оператора - это не что иное, как часть депозитарной деятельности, под которой закон понимает “оказание услуг по хранению сертификатов ценных бумаг и/или учету и переходу прав на ценные бумаги”. Оператор же согласно постановлению № 5. - “лицо, уполномоченное производить и осуществляющее записи о правах требования по бездокументарным простым векселям”. А теперь все, кто считает, что вексель не является ценной бумагой, смело могут бросить камень в авторов этой статьи.

Очевидно желание Федеральной комиссии сертифицировать оператора, являющегося ключевом фигурой на рынке “бездокументарных” векселей. Понятны также и жесткие требования к величине уставного капитала - не менее 2 млрд руб. Деятельность оператора определена Федеральной комиссией как исключительная. Понятно, что фирма, торгующая обувью или мебелью, вряд ли сможет (да, пожалуй, и захочет) стать оператором даже при соответствующем уставном капитале. А вот почему не нашлось места депозитариям, на знамени которых - учет прав на ценные бумаги, непонятно.

Обращает на себя внимание замена авторами постановления № 5 общепринятых терминов вексельного права своими синонимами. Вместо “векселедателя”, “векселедержателя”, “индоссанта” и “индоссата” фигурируют “должники”, “кредитор”, “отчуждатель права требования””, “новый приобретатель права требования””.

Постановление не затронуло такие важные вопросы, как процедура регресса в случае неплатежа, выдача информации векселедержателю о предыдущих индоссантах и другие.

Однако, несмотря на эти недостатки, постановление содержит правовой минимум для начала деятельности по выпуску и обращению “бездокументарных”” простых векселей.

В этой связи интересен взгляд на проблему Федора Гудкова, автора статьи “Русский вексель, или Вариации на тему Страдивари” (РЦБ. 1996. № 14. С. 5). В ней автор защищает Женевские вексельные конвенции от электронной балалайки - векселя “бездокументарного””. Но вексель, как и Восток, - дело тонкое. Лучше обратиться к классике вексельного права - самим Женевским конвенциям.

Статья 3 Конвенции № 359, имеющая целью разрешение некоторых коллизий законов о переводных и простых векселях, гласит: “Форма, в которой приняты обязательства по переводному или простому векселю, определяется законом той страны, на территории которой эти обязательства были подписаны””. Естественно, что Конвенции, подписанные в 1930 г., не могут, да и не должны определять электронную или иную форму векселя.

В настоящее время прямых аналогов “бездокументарного”” векселя в мире нет. Однако не секрет, что в США вексель параллельно с традиционным “бумажным”” оборотом совершает электронный оборот в компьютерных сетях Национальной налоговой службы. Может быть, поэтому там никому не приходит в голову скрывать от налоговых органов обращение векселя за бланковым индоссаментом? Существуют косвенные аналоги во Франции (дематериализация ценных бумаг и передача прав по ним путем внесения записей в единый электронный депозитарий Sicovam), Швеции и других странах. Почему же мы не можем ввести новую форму обращения векселя? И это подразумевает отнюдь не денонсацию Женевских конвенций, а грамотный подход к формированию правовой базы “бездокументарного”” векселя, не противоречащей мировому вексельному праву. И тогда зарубежным “классикам вексельного права”” будет не за что на нас обижаться.

А теперь обратимся к содержанию простого векселя. Если первые шесть обязательных реквизитов (наименование, простое и ничем не обусловленное обещание уплатить определенную сумму, срок и место платежа, наименова- ние первого векселедержателя, а также дата и место составления векселя) ни у кого не вызывают сомнений, то подпись векселедателя для “бездокументарного” векселя вызывает вопрос.

В современных банковских системах типа “клиент - банк”, “эле- ктронный депозитарий” и др. широко используется так называемая “электронная” подпись. Современные методы криптозащиты позволяют достаточно надежно оградить данные, посылаемые по открытым каналам связи. Подделать “электронную” подпись сложнее, чем традиционную. Однако в настоящее время существует несколько стандартов “электронной”” подписи, которые требуют сертификации ФАПСИ. Дело, по-видимому, в том, что кроме алгоритмов кодирования или шифрования при использовании “электронной” подписи должен быть соблюден комплекс организационно-технических мероприятий с целью сделать “электронную” подпись “невскрываемой”.

ФКЦБ пошла по другому пути, отказавшись от “электронной” подписи. Тонкий вопрос, связанный с подписью векселедателя, решен следующим образом. Основанием для выпуска в обращение “бездокументарных” векселей является извещение векселедателя оператору, подписываемое векселедателем. Реквизиты извещения идентичны реквизитам векселя, за исключением вексельной метки. Прием и оформление этого извещения оператором равносильны выдаче простого векселя. Таким образом, вексель - отдельно, подпись - сама по себе, выпускается в обращение простой “бездокументарный”” вексель. Однако, несмотря на такую трактовку вексельного права авторами постановления, хорошо просматривается их стремление не отходить от буквы Женевских конвенций.

Основная задача - чтобы и ярые сторонники “бездокументарных”” векселей, и их непримиримые противники, а также другие заинтересованные лица сели за стол переговоров; смогли сформулировать правила игры, которые окажут позитивное воздействие на развитие нашей платежно-расчетной системы, помогут преодолению кризиса неплатежей, решат проблемы бесконтрольных эмиссий ценных бумаг, будут способствовать развитию деловой активности в стране, а отечественный рынок ценных бумаг, в том числе и векселей, сделают более культурным и цивилизованным. И вот появится оркестр, в котором достойное место займут и скрипка классическая, и “электронная”.

Большинство участников рынка векселей не может не волновать вопрос: насколько серьезную конкуренцию составит “бездокументарный”” вексель векселю обыкновенному?

Неоспоримое преимущество “бездокументарного” векселя - его труднее подделать, чем обыкновенный. Не секрет, что зачастую ограничение в обращении векселей порождается боязнью потенциального инвестора получить подделку. Уверенность же в подлинности векселя положительно сказывается на его ликвидности.

В августе 1996 г. в Москве состоялась встреча представителей региональных операторов системы обращения “бездокументарных” векселей, на которой достигнуто соглашение о взаимной “прозрачности” электронного оборота векселей. Такой подход, реализованный на практике, позволит значительно расширить границы обращения “бездокументарного” векселя. Однако не следует забывать, что “проникнуть” он сможет только туда, где есть филиалы или отделения оператора системы обращения.

При “бездокументарном” обращении векселя проще решается и проблема формирования единого листинга опротестованных векселей, которая для обычных векселей не решена до сих пор.

Практически полностью “бездокументарные” векселя снимают проблему “бронзовых” (т.е. выписанных на фиктивное лицо) векселей. В постановлении № 5 говорится, что “оператор расчетов может обусловить принятие к исполнению извещения (выпуск векселя - А.Б., В.П.) необходимостью проставления первым приобретателям права требования отметки об ознакомлении с фактом установления обязательства...”.

А вот если бы по регламенту оператор обязан был взглянуть в ясны очи первого векселедержателя перед фиксацией его права требования, это явилось бы надежной гарантией от выпуска в обращение “бронзовых” векселей.

Часто недостатком “бездокументарных” векселей считают невозможность их передачи путем бланкового индоссамента. Так ли это на самом деле?

В соответствии с законом “О рынке ценных бумаг” бездокументарные ценные бумаги могут быть только именными. Несмотря на то что этот закон посвящен эмиссионным ценным бумагам, данное положение справедливо по отношению к “бездокументарному” векселю. Следовательно, сделать его “на предъявителя” невозможно. Однако можно так оформить права векселедержателя, что он будет освобожден от солидарной ответственности по векселю за счет ограничения доступа к списку индоссаментов. Таким образом, вексель становится предъявительским до тех пор, пока права очередного векселедержателя не будут оформлены ордерным индоссаментом. Естественно, что при этом оператору будут известны все векселедержатели независимо от вида передаточной надписи - бланковой или ордерной.

Особенностью “бездокументарного” векселя является также способ его обращения, связанный с деятельностью оператора. Оператор, не будучи ни векселедателем, ни векселедержателем (и то и другое запрещено постановлением № 5), является в то же время “стрелочником”, в определенной мере регулирующим оборот векселя.

Как коммерческая организация, доход которой напрямую связан с обращаемостью векселя, оператор не заинтересован в выпуске неликвидных и необеспеченных векселей. Несмотря на то что согласно постановлению “оператор, осуществляющий учет права требования первоначального держателя по отношению к должнику, не вправе выяснять правомочность приобретения данным держателем указанного права, обстоятельств и условий такого приобретения...”, он может проводить экспертизы вексельных проектов своих клиентов, давать по ним заключения и предлагать их потенциальным инвесторам. Кроме того, по ряду вопросов, связанных с разногласиями между векселедателем и векселедержателем, оператор может выступать в роди третейского судьи. Четкое и грамотное ведение оператором всех документов позволит решать некоторые вопросы, не доводя дело до арбитражного (или народного) суда.

А вот насколько жизнеспособным будет новоиспеченный “бездокументарный” вексель, покажет критерий истины - практика.